Тегеран в шаге от сверхоружия: что дальше?
Каждый новый килограмм оружейного урана повышает ставки Тегерана на переговорах с Вашингтоном.
© Фото ИА «Росбалт
Иран в течение месяца способен создать свой первый ядерный заряд — к такому выводу пришли специалисты Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), сообщает The New York Times. Между тем официальный Тегеран не раз демонстрировал готовность вернуться к «ядерной сделке с США — так принято называть Совместный всеобъемлющий план действий по иранской ядерной программе (СВПД), который был подписан в 2015 году при Бараке Обаме и из которого американцы вышли в 2018 году по инициативе Дональда Трампа.
Практически одновременно с известием о возможности Тегерана в ближайшее время получить собственное ядерное оружие, пришло сообщение о готовности Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), где главные роли играют Китай и Россия, принять в состав этого международного объединения Иран на правах полноправного члена.
О том, готов ли Тегеран разменять СВДП, который снял бы с него жесткие американские санкции, на возможность обладания ядерными боеголовками и еще большим сближением с Москвой и Пекином, обозревателю «Росбалта рассказал старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, эксперт по современному Ирану Владимир Сажин.
— Вы согласны с выводами экспертов МАГАТЭ о том, что в течение месяца Иран может создать первый ядерный заряд?
— Действительно, Иран с мая 2019 года, после того как он полностью вышел из СВДП, достиг больших успехов в развитии своей ядерной программы. Это касается и внедрения им новых, более эффективных центрифуг, и накопления запасов тяжелой воды, и возвращения своих основных ядерных объектов в то состояние, в котором они были до СВПД.
В области обогащения урана у иранцев большие успехи — в этом году они дошли уже до 60-процентного уровня. У Ирана сейчас около 10 килограммов урана, обогащенного до этого предела. При этом для ядерного заряда нужно 20-25 килограммов 90-процентного урана. Бомбу можно сделать и из 60-процентного, но для этого его должно быть 40-50 килограммов.
Так или иначе, можно сказать, что Тегеран прошел уже очень большой путь к получению 90-процентного оружейного урана.
— Так может ли все-таки Иран в ближайшее время получить свой собственный ядерный заряд?
— С технической точки зрения Тегеран действительно в ближайшие несколько месяцев может получить необходимые для этого 20-25 кг 90-процентного оружейного урана. Однако нужно понимать, что сам по себе этот уран — это еще не ядерное устройство. Ведь в центрифугах до определенного состояния обогащается газообразная смесь изотопов. Ее надо перевести в твердое состояние, то есть сделать металлический уран. В этой области Иран тоже достиг больших успехов он уже произвел 20-процентный металлический уран. Но этого еще недостаточно, чтобы сделать соответствующее боевое устройство. Для этого нужны сложные технологии.
17831
США сдулись и готовы отступать по всему миру?
В частности, нужно развитие не только ядерной инфраструктуры, но, скажем, химии чистых веществ. Я полагаю, что Иран может это сделать, но не в ближайшие месяцы. Думаю, что для этого понадобится не меньше года.
Однако даже взрывное устройство — это тоже еще не оружие.
— То есть американцы подняли бучу раньше времени?
— Нет, бучу подняли правильно. В статье The New York Times есть ссылка на специалистов из серьезного вашингтонского Институтa науки и международной безопасности, которые анализируют последние данные МАГАТЭ и приходят к выводу, что Иран сделал большой шаг вперед в своей ядерной программе. Но повторю, что ядерное устройство — это еще не оружие. Оружием может быть бомба или ракетная боеголовка.
Чтобы было понятно, приведу такой пример. В свое время Пакистан сделал ядерное устройство и даже испытал его, проведя серию подземных взрывов. Так вот, с момента подрыва этого ядерного устройства до создания ядерной боеголовки, которую можно поставить на ракету, ему потребовалось около 10 лет. То есть из имеющегося и даже проверенного ядерного устройства создать боеголовку — дело чрезвычайно сложное. Ведь здесь, помимо прочего, должно быть развито и ракетостроение.
Конечно, взрывное устройство сделать легче, чем ракету и боеголовку к ней, но у Ирана сейчас просто нет носителей для ядерной бомбы, то есть нет самолетов, способных нести такое оружие. Тегеран в течение нескольких десятилетий занимается именно ракетной программой. Сейчас они стараются совместить свои успехи в ядерных технологиях с ракетными. Может быть, у Ирана и не уйдет на это 10 лет, но годы он на это потратит.
— Ирану позволят несколько лет двигаться в сторону обладания ядерного оружия?
— Сейчас все разведки, как и МАГАТЭ, занимаются ядерной программой Ирана. В прошлое воскресенье, например, Тегеран посетил генеральный директор этой организации.
— Тем не менее, ни американские санкции, ни убийство в 2020 году (как предполагается, израильтянами) ведущего физика-ядерщика Мохсена Фахризаде, которого западные и израильские спецслужбы считали «отцом иранской бомбы, не помешали Исламской республике вплотную приблизиться к созданию ядерного оружия…
— В конце августа премьер-министр Израиля Нафтали Беннет совершил визит в Вашингтон, где и он, и президент США Джо Байден заявили, что ни Америка, ни Израиль не дадут Ирану создать ядерное оружие.
27565
Афганистан становится главным провалом 2021 года
Потом эта идея была расшифрована. Израильтяне предложили планы А и план B. Насколько я понимаю, первый — это мирное, дипломатическое решение иранской ядерной проблемы, переговоры. Больше того, нынешнее израильское руководство, в отличие от прежнего главы правительства Биньямина Нетаньяху, согласились, что США возвращаются в ядерную сделку с Ираном, но ставят под жесткий контроль МАГАТЭ его деятельность в сфере атомной энергии. С другой стороны, Америка должна готовить не менее жесткий ответ в случае невыполнения Тегераном условий этого соглашения.
План B подразумевает, что если Иран не удастся вернуть к ядерной сделке, то будут применены другие меры, в том числе, и специальные — диверсии, ликвидации ведущих иранских ученых в этой области, кибератаки и бомбовые удары по ядерным объектам Исламской республики.
В то же время у меня создается впечатление, что Иран вообще не планирует создать атомную бомбу.
— А что же он хочет? Попугать соседей?
— Я полагаю, что иранцы хотят довести свой ядерный потенциал до такого уровня, когда потребуется всего несколько месяцев для создания ядерного оружия. Сегодня в мире ведь довольно много стран, которые могут это сделать: Германия, Япония, Канада, Южная Корея, Бразилия, Аргентина и даже Нидерланды. Все эти страны при большом желании могут очень быстро обзавестись собственной бомбой.
Нынешние успехи Ирана в его ядерной программе — это, на мой взгляд, его козыри для торга на Венских переговорах о возвращении в СВПД.
— Как по-вашему, что сейчас приоритетней для Ирана — создать ядерную боеголовку или вернуться к «ядерной сделке?
— Дело в том, что все введенные Трампом санкции в отношении Тегерана сейчас действуют. Экономика Ирана в очень плохом состоянии. Правда, не только из-за санкций. Во-первых, неэффективное управление, во-вторых, колоссальная коррупция на всех уровнях. В-третьих, ковид бьет по этой стране очень сильно. Поэтому перед правительством Исламской республики стоят очень большие проблемы и как иранцы будут решать их — сказать трудно.
Но самая главная проблема для них — это американские санкции, о чем в Тегеране открыто говорят на самом верху.
— Странная позиция все-таки у иранского руководства. С одной стороны, они говорят о необходимости снятия санкций, а с другой, выдвигают заведомо неприемлемые для американцев условия: возвращение к переговорам по ядерной сделке только после того, как с них снимут все санкции. Очевидно же, что американцы на это не пойдут. Выходит, все-таки «ядерные пушки вместо масла?
118404
«Мало нам Турции, теперь еще и Иран!
— Мне кажется, что затяжка переговорного процесса нужна иранцам для того, чтобы выйти на тот уровень развития своей ядерной программы, когда они смогут очень быстро создать ядерное оружие.
— Тем не менее все те страны, которые вы перечислили и которые потенциально могут очень быстро создать собственное ядерное оружие, в нем особенно не нуждаются или прикрыты ядерным зонтиком США, как, скажем, Япония или Южная Корея. Иран же находится в жесткой конфронтации и со Штатами, и с Израилем…
-…и сегодня уже с рядом арабских стран, которые поддерживают Израиль в его противостоянии с Ираном.
— Выходит, стимул у Ирана создать собственное ядерное оружие гораздо больший, чем у перечисленных выше стран?
— Конечно! И поэтому иранцы как можно быстрее хотят выйти на тот уровень своей ядерной программы, о котором я сказал. Грубо говоря, каждый килограмм 60-процентного оружейного урана повышает ставки Тегерана на переговорах в Вене.
— Повлияет ли возможное получение Тегераном своего ядерного оружия на его прием в Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС)? Или, наоборот, не кажется вам, что ШОС ускорил процедуру приема Ирана в свои ряды именно в связи тем, что Тегеран ради получения ядерного оружия готов отказаться от соглашения с США?
— Иран стал наблюдателем в ШОС еще в 2005 году. В 2008 он подал запрос на вступление в эту организацию. Но дело в том, что с 2006 по 2015 годы Иран из-за своей ядерной программы находился под санкциями Совета Безопасности ООН. По Уставу ШОС в ее ряды нельзя принимать страну, находящуюся под международными санкциями. После 2015 года, когда в отношении Тегерана были отменены и ооновские, и американские санкции, иранцы к ШОС охладели. Кроме того, там все время были какие-то страны, которые не хотели их членства в ШОС. То это был Китай, то Узбекистан, то Таджикистан.
Теперь эти проблемы вроде бы сглажены, и Иран вновь выразил готовность присоединиться к этой организации. Но процесс вступления туда довольно длительный. Например, у Индии и Пакистана он длился два года.
— Получается, что ШОС преобразуется в некий антиамериканский блок — Россия, Китай, тот же Иран…
— Но там же состоят и Индия, и Пакистан, и, кстати, наши бывшие союзные центральноазиатские республики (я имею в виду, Казахстан, Узбекистан, Киргизию, Таджикистан), которые отнюдь не так уж антиамерикански настроены. Так что внутриполитическая ситуация в ШОС довольно сложная. Но я могу сказать одно — влияние Китая там мощнейшее. То есть, без обиняков, эта организация в основном курируется Пекином в своих интересах.
Что касается Ирана и ШОС, думаю, что решение о вступлении Тегерана в эту организацию запущенно в связи с ситуацией в Афганистане. Потому что все страны, входящие в ШОС, обеспокоены положением в этой стране, а что-то предпринимать в отношении Афганистана без Ирана довольно сложно.
Беседовал Александр Желенин
Обсудим?
Смотрите также:
